Проводив помощника взглядом, Благовидов достал из кармана кисет, клок газеты, оба они с военкомом принялись свертывать самокрутки, слюнявить бумагу, склеивать, заполнять махоркой, и, когда дружно выпустили по облаку дыма, в комнате, и так-то завечеревшей ранними февральскими сумерками, стало почти ничего не видно. Благовидов включил настольную лампу под абажуром из газеты.

— Новая работа есть, Александр Семенович, — сказал он. Раков уже успел заглянуть в белогвардейскую газетку,

увидеть отчеркнутое красным-

— На юг, что ли, ехать? — спросил он.

— А чего тебе на юге! У нас у самих дел до макушки. В Гельсингфорсе, имеем такие сообщения, сидит удравший из Петрограда генерал Юденич. Может, помнишь, Кавказским фронтом командовал? Белогвардейщина, которой полным-полно в Финляндии, поднимает вокруг него шум. Не хотят ли из этого кавказца сделать северного Колчака или Деникина? А что? Соберет офицерские отряды, рассеянные по Эстонии... Их там немало... Для стычек с нами эстонцы все время вперед себя выпихивают русских... Соберет, говорю, да и...

—- Момент подходящий. — Раков качнул головой в папахе. — И весьма-таки подходящий. Там вот Деникин. — Он махнул рукой за окно. — В Сибири, — рука его указала на печку в углу комнаты, — начал наступление Колчак. Финны тоже, видимо, не останутся в стороне. А главное, у нас-то тут, в Питере, силенок почти нет.

— Об этом и разговор, Александр Семенович. Перёд лицом угрозы Питеру хотим сколотить несколько новых частей, Но, к сожалению, это лишь слова, что новые. В общем-то шерстим, наизнанку вывертываем, сам знаешь, старые. Возьми, скажем, Третий Петроградский полк... Полк внутренней охраны Петрограда. Это же бывшие гвардейцы, семеновцы, А мы намерены передать их военному ведомству и влить в создаваемую бригаду Особого назначения. Уже на днях будет такая бригада. А Александру Семеновичу Ракову придется стать ее комиссаром. — По глазам Благовидова пролетела легкая добрая улыбка. — Что я и уполномочен тебе передать.

— Что ж, ладно. — Раков встал, полистал стоя справочник «Весь Петроград», пытаясь, видимо, тоже найти в нем свою фамилию. Не нашел. Снова подсел к столу. — Ладно, — повторил. — Бригада так бригада. Но разумно ли бывших этих лейб-гвардейцев включать в боевую да еще и, как ты говоришь, особую часть? Все же в России знают историю се-мёновцев. Палачи декабрьского восстания в Москве, 1тсы самодержавия. Ты скажешь, сегодня от тех остались ножки да рожки. Но все-таки, заметь, рожки!